Китайская логика и философия реагирования на недружественные действия США

Яна Лексютина

В китайских политических и экспертных кругах осознание изменившегося характера американо-китайских отношений – с сотрудничества на конкуренцию – стало происходить только с весны 2018 г., когда администрация Д. Трампа развернула торговую и технологическую войну против Китая. До этого США воспринимались Пекином как самый важный внешнеполитический партнер, значимый торгово-экономический партнер, мировой лидер, отношения с которым можно строить на основе выдвинутой Си Цзиньпином концепции «нового типа отношений между великими державами». Тогда в китайской экспертной и медийной среде преобладали дружественные в отношении США настроения, сильно контрастирующие с нынешней резкой, открыто артикулируемой и наступательной антиамериканской риторикой.

Что касается реагирования официального Пекина на недружественную политику и действия Вашингтона, на современном этапе оно принимает несколько основных форм:
1. Публичное осуждение действий США (как, например, в недавней ситуации с Венесуэлой), попытки генерирования широкой международной поддержки (среди стран Глобального Юга) позиции Китая в вопросах осуждения действий США, проведение информационных кампаний, направленных на демонизацию США и подрыв их «морального лидерства» в глазах мирового сообщества (китайская сторона акцентирует неспособность США осуществлять мировое лидерство, возрождение доктрины Монро и т. п.).

2. Принятие зеркальных, симметричных санкций или иных мер, которые могут нанести сопоставимый вред США. А именно, в ходе продолжающейся с 2018 г. торговой войны в ответ на вводимые США пошлины на китайские товары Пекин вводит эквивалентные пошлины на американскую продукцию. В 2025 г., когда с февраля по начало мая Д. Трамп осуществил так называемое «тарифное ралли», когда угрозы введения американских пошлин затронули все без исключения страны мира, Китай стал одной из немногих стран, которые не поддались тарифному шантажу Трампа и ввели ответные ограничительные меры в отношении американских товаров, и единственной страной, которая пошла на эскалацию торговой войны, результатом чего стало доведение пошлин до 125 %.
Другой недавний пример зеркального ответа – объявление Пекином о введении в октябре 2025 г. симметричных портовых сборов для американских судов в ответ на заявленное Вашингтоном ранее введение дополнительных портовых сборов для китайских судов.
Фактически, на каждые ограничительные меры Вашингтона Пекин отвечает незамедлительно и симметрично.

3. Разработка правового и регуляторного инструментария, позволяющего на системной основе вводить болезненные для США (и в целом, для китайских оппонентов) санкции и ограничительные меры, контролировать и оказывать влияние на глобальные цепочки поставок. В первую очередь это разработка инструментария введения и применения санкций. Так, в 2020 г. в Китае впервые был составлен список неблагонадежных организаций, в 2021 г. – утвержден Закон о противодействии иностранным санкциям. В 2025 г. Китай стал создавать правовую систему экспортного контроля над редкоземельными металлами по образу и подобию американской системы экспортного контроля. Китайские меры экспортного контроля были распространены не только на редкоземельные элементы (в апреле на 7 элементов, а в октябре – еще пять элементов), но и на технологии их переработки. Обозначенное Пекином в октябре намерение ввести экспортный контроль над редкоземельными элементами и технологиями вынудило Д. Трампа фактически отказаться от обозначенных им в начале 2025 г. требований к Китаю в рамках заключения торговой сделки и приостановить действие почти всех новых пошлин на китайский импорт, введенных Трампом с февраля. Инициатива Китая по разработке мер экспортного контроля над редкоземельными элементами стала ответом на усиливавшееся давление со стороны США и непосредственной реакцией на включение в октябре Вашингтоном 16 китайских компаний в список экспортного контроля и введение дополнительных портовых сборов для китайских судов.

Более того, в ответ на введение портовых сборов для китайских судов Пекин внес изменения в национальное морское законодательство. В конце сентября 2025 г. Китай внес поправки в «Положение о международных морских перевозках», а в октябре 2025 г. впервые за 30 лет обновил Морское право КНР (中华人民共和国海商法). Инициированные изменения направлены на усиление государственного контроля над рынком международного судоходства и расширение возможностей для применения ответных мер в случае дискриминации китайских перевозчиков. Предусматривается возможность введения ответных мер на введение иностранными государствами дискриминационных или ограничительных мер против китайских судов, перевозчиков или экипажей из Китая. Среди них – введение специальных сборов с судов, заходящих в китайские порты, запрет или ограничение их захода, а также ограничение доступа иностранных компаний и граждан к данным о китайских морских перевозках.

4. Устранение уязвимостей, зависимостей от США и их союзников, повышение подготовленности к гипотетическим недружественным действиям Вашингтона или даже столкновению с США.
Китай форсирует создание альтернативных страховочных механизмов на случай американо-китайской конфронтации. А именно, Китай развивает альтернативы: международной межбанковской системе передачи данных и совершения платежей SWIFT (CIPS и иные инновационные формы), платежным системам MasterCard, Visa и др. (UnionPay), навигационной системе GPS («Бэйдоу») и пр.

Китай снижает зависимость своей экономики и технологического развития от США. Происходит реконфигурация его торговли в сторону геополитически близких партнеров. Обращает на себя внимание тенденция расширения торговли Китая с АСЕАН, Россией и Латинской Америкой. В 2024 г. АСЕАН стал крупнейшим торговым партнером Китая, сместив в этом отношении ЕС.

Китай адаптируется под новую политику США – политику сдерживания Китая. Так, реакцией на политику сдерживания США стало изменение экономической модели Китая на модель «двойной циркуляции», при которой значительно большее значение придается развитию внутреннего рынка и стимулированию потребительского спроса в Китае.

Важно отметить, что Китай сейчас чувствует себя более подготовленным к стратегической конкуренции с США в торгово-экономических вопросах, чем восемь лет назад. За этим стоят и серьезная финансово-экономическая мощь, и накопленный опыт торговой войны, и самое главное, наличие серьезных рычагов давления (в т. ч. монопольные позиции на мировых рынках редкоземельных элементов, «зеленых» технологий и пр.). Более того, Пекин уже стал активно использовать инструменты, которые на протяжении нескольких десятилетий применялись самим Вашингтоном (например, экспортный контроль). Китай демонстрирует способность использовать новый правовой инструментарий как для решения краткосрочных задач (достижения успеха в переговорном процессе с США), так и для реализации долгосрочных национальных интересов.

В реализации своих интересов и противодействии антикитайским действиям США в вопросах, затрагивающих военную безопасность (это активность США на тайваньском направлении, в вопросах Южно-Китайского и Восточно-Китайского морей), Китай полагается на тактику «малых шагов» или тактику «салями»/«капусты». Под такой тактикой подразумевается совершение малых, невоенных или квазивоенных шагов, каждый из которых остается ниже порога военного реагирования со стороны оппонента, со временем даже происходит постепенное привыкание оппонента к внесенным данным шагом изменениям, но, в конечном счете, цепь предпринятых шагов приближает к искомой цели. Такие «малые шаги» могут ошибочно интерпретироваться внешними наблюдателями как пассивность Китая в отстаивании национальных интересов, но на самом деле они уверенно приближают Китай к достижению поставленных им целей. Достаточно проследить, например, динамику военного присутствия Китая в Южно-Китайском море и Тайваньском проливе за прошедшее десятилетие.

Ожидать от Китая резких действий, за которыми бы неизбежно последовала драматическая конфронтация с Вашингтоном, не стоит. Это не соответствует ни политической философии Китая, ни национальным интересам, состоящим в обеспечении условий для дальнейшего усиления Китая (процесс комплексного усиления Китая еще не завершен и будет продолжаться, согласно китайским планам, до 2049 г.). Задача Пекина – затормозить нарастание конфликтности в отношениях с США, отсрочить гипотетический конфликт. В аспекте торговой войны Китай в целом на данном этапе склонен идти на переговорный процесс с США и поиск компромиссной торговой сделки тактического характера, что связано с концентрацией Китая на решении целого комплекса накопившихся за предыдущие десятилетия структурных проблем в его экономике. В этих условиях идти на полный и незамедлительный разрыв торгово-экономических отношений, вводить стопроцентные пошлины – не самая лучшая опция.