Армения и Индия: оборонный прорыв и логистические ограничения

31 августа 2026 г. на полях саммита ШОС в Бишкеке состоялась встреча премьер-министров Армении и Индии Никола Пашиняна и Нарендры Моди. В сообщении индийской стороны среди перспективных направлений сотрудничества были названы оборона, информационные и космические технологии, образование и фармацевтика. Отдельно отмечена необходимость наращивания торговли и инвестиций.

Перечень направлений лишь отчасти отражает структуру формирующегося стратегического партнерства. Армяно-индийские отношения развиваются крайне неравномерно, что особенно заметно при сопоставлении отдельных направлений сотрудничества. При этом армяно-индийское сближение следует рассматривать и в более широком южнокавказском контексте. Для Индии регион представляет интерес как пространство сопряжения иранского, каспийского и черноморского направлений, а также как рынок для торговых, энергетических, технологических и оборонных проектов. В отношениях с Грузией индийская повестка имеет преимущественно торгово-инвестиционный и транспортно-логистический характер. В отношениях с Азербайджаном ключевое место занимает энергетика: индийская ONGC Videsh инвестировала более 1,2 млрд долл. США в проекты Азери–Чираг–Гюнешли и Баку–Тбилиси–Джейхан.

Армения в этом отношении демонстрирует самую сильную военно-техническую составляющую взаимодействия.

Еще недавно положение Армении на рынке вооружений определялось почти полной зависимостью от России. По оценке Стокгольмского института исследования проблем мира (SIPRI), в 2011–2020 гг. на Россию приходилось 94 % армянского импорта основных видов вооружений. После 2020 г. эта модель стала быстро меняться. В 2022–2024 гг. Индия обеспечила около 43 % поставленных Армении основных видов вооружений. Официально подтверждены поставки радиолокационных комплексов обнаружения артиллерийских позиций Swathi. 18 января 2026 г. министр обороны Индии Раджнатх Сингх дал старт отправке первой партии управляемых ракет для реактивных систем Pinaka. В открытых источниках фигурируют также артиллерийские системы, миномёты, противотанковые средства, боеприпасы и комплексы противодействия беспилотникам. Масштаб военно-технического сотрудничества отражается также в обнародованных оценках стоимости отдельных контрактов. Закупка четырех комплексов Swathi оценивалась в 40 млн долл. США, пакет поставок РСЗО Pinaka и боеприпасов – примерно в 250 млн долл. США, артиллерийских систем Kalyani Strategic Systems – в 155,5 млн долл. США, ЗРК Akash – в 230 млн долл. США и пр.

Однако военно-техническая диверсификация ставит перед Арменией транспортно-логистическую задачу.

Индийские грузы доставляются двумя маршрутами: комбинированным (морем и сушей через Иран) и авиационным. В 2023 г. одна из партий индийской продукции военного назначения была доставлена морем в иранский порт Бендер-Аббас, после чего проследовала автомобильным транспортом через территорию Ирана к погранпереходу Нордуз – Агарак. Официальная информация о составе груза и его точной трассировке не публиковалась. Данный маршрут соответствует сложившейся транспортно-географической структуре: порт Бендер-Аббас располагает современной портовой базой, а дорожная сеть Ирана обеспечивает подъезд к единственному наземному пункту пропуска на границе с Арменией.

Параллельно формируется прямой воздушный канал. В марте 2024 г. были зафиксированы два рейса Ил-76ТД из индийского Нашика в ереванский аэропорт «Звартноц». Перевозки связывались с деятельностью логистической структуры HALCON, созданной Hindustan Aeronautics Limited и Container Corporation of India. Груз характеризовался как стратегический, однако его номенклатура не раскрывалась.

Для поставок вооружения из Индии на первый план выходит порт Чабахар. Иран совместно с Нью-Дели развивает его как ключевой узел международного транспортного коридора «Север – Юг», призванный в будущем соединить Индийский океан и Персидский залив с Черноморским регионом. Именно расширение этой гавани становится сейчас одним из приоритетов двустороннего сотрудничества.

Порт Чабахар формирует стратегическую альтернативу пакистанскому порту Гвадар, включенному в китайскую инициативу «Пояс и путь». Это дает основание говорить о попытках Индии создать транспортный противовес геоэкономическому влиянию Китая в зоне Персидского залива и Аравийского моря. В контексте индийско-армянских отношений порт Чабахар особенно интересен тем, что на уровне официального Нью-Дели позиционируется как инфраструктура, соответствующая стратегическим интересам Армении. 9 марта 2021 г. посол Индии в Иране сообщил, что Индия планирует соединить западную часть порта Чабахара и Индийский океан с Хельсинки через территорию Армении. При этом порт находится под американскими санкционными ограничениями, что создает для Индии существенные препятствия при формировании указанного маршрута.

Вопрос предоставления Армении доступа к порту Чабахар следует рассматривать в более широком геополитическом срезе. Реализация проекта TRIPP («Маршрут Трампа») через юг Армении создает условия для расширения американского экономического присутствия в республике. В январе 2026 г. Ереван и Вашингтон выступили с заявлением о создании совместной компании TRIPP Development, 74 % акций которой получит американская сторона, а 26 % – Армения с последующей возможностью увеличения своей доли до 49 %. Такая институционализация участия Вашингтона в формировании новой транспортной конфигурации региона может создать дополнительные ограничения для армяно-иранского взаимодействия, что можеть сказаться также на режиме доступа к иранским портам.

Армяно-индийское оборонное взаимодействие уже опирается на несколько действующих каналов снабжения, однако каждый из них имеет собственные ограничения. Авиаперевозки обеспечивают высокую скорость доставки, но из-за стоимости и ограниченной грузоподъемности мало подходят для регулярной транспортировки тяжелых вооружений и военной техники. Для крупных партий более приемлема схема с использованием иранских портов, прежде всего Бендер-Аббаса, и дальнейшим транзитом по территории Ирана в направлении Армении. Такой коридор позволяет перевозить значительно большие объемы грузов, однако его надежность определяется политической ситуацией вокруг Ирана и уровнем безопасности судоходства в Персидском заливе.

В перспективе дополнительным звеном может стать Чабахар, способный расширить транспортные возможности Еревана и снизить зависимость от отдельных направлений. Пока этот порт остается скорее потенциальной альтернативой, чем полноценным элементом действующей системы снабжения. Поэтому дальнейшее углубление военно-технических связей между Арменией и Индией будет определяться не только масштабом новых соглашений, но и наличием устойчивой, предсказуемой и диверсифицированной инфраструктуры доставки.